Домой Видео Развенчиваем отмазки по заблудившимся ихтамнетам

Развенчиваем отмазки по заблудившимся ихтамнетам

32
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Пленение Виктора Агеева и связанные с этим события, включая его интервью и приехавшей в Украину матери вновь заострили тему «ихтамнетов». Казалось бы, что ещё доказывать? Есть российский военнослужащий, он заключил контракт, ему дали приказ ехать воевать в Украину, там его взяли в плен при выполнении боевого задания. Но даже в этой ситуации Кремль отмораживается и делает вид, что ничего не произошло. Никакого интереса к Агееву не проявляют ни Министерство иностранных дел, ни Министерство обороны, ни другие официальные лица России. Поневоле задаёшься вопросом — может они уже не считают его гражданином эрефии? Или вычеркнули из списков? И всё это только ради того, чтобы создать видимость что в Украине нет российских военных.

Чтобы доказать, что «ихтамнет», что Россия не ведёт войну с Украиной, кремлёвский режим, его пропагандисты, а также раша-ватники используют три основных отмазки.

1. В Украине нет регулярных российских войск, нет частей российской армии.

2. Если в Украине и участвуют в боевых действиях российские граждане, то только «добровольцы» по своей собственной инициативе.

3. В боевых частях ОДДИЛО воюют по большей части жители Донбасса.

Эти три отмазки взаимосвязаны между собой, так что рассмотрим их в комплексе. В состав французский армии входит Иностранный легион, который сформирован, соответственно его названию, из иностранцев. Граждан Франции в его составе нет, легионерам лишь предоставляется возможность по прошествии определенного количества лет и при безупречной службе получить французское гражданство. Задайтесь вопросом — если боевые действия осуществляют бойцы Иностранного легиона, означает ли это, что Франция участвует в этих военных операциях? Безусловно да, хотя граждан Франции в этом легионе нет. Но Иностранный легион Франция содержит, финансирует, оснащает, вооружает, осуществляет оперативное руководство его действиями.

В военных действиях в Сирии участвуют частные военные компании. Бойцы этих компаний воюют на стороне России. Они все контрактники. Формально подразделения этих частных военных компаний не входят в состав российских вооруженных сил. Но Россия финансирует их участие в войне, награждает и поощряет бойцов этих частных военных компаний. Наиболее нашумевшая из них ЧВК Вагнера, возглавляемая российским профессиональным военным Дмитрием Уткиным. У него был позывной «Вагнер», отсюда название его компании. Фотографию Путина с Уткиным-Вагнером можно легко найти в сети. Но сейчас о другом — являются ли частные военные компании, финансируемые Россией и выполняющие её боевые задания, частью российского военного контингента?  Безусловно — да! Кроме фото с Путиным, в Интернете присутствует видео, на котором взятый в плен в Донбассе боевик признаётся, что его командиром является Вагнер.

И, наконец, о боевиках Донбасса. Уже является общеизвестным фактом, не требующим доказательства, что именно Россия содержит всю ораву лугандонских боевиков. Россия поставляет им обмундирование, тяжёлую и прочую военную технику, различное российское вооружение, платит им зарплату и так далее. Задумайтесь хотя бы над тем, что в течение трёх с лишним лет боевики ведут беспрерывные боевые действия и боеприпасы у них не заканчиваются. Точно так не заканчивается у них топливо для боевой техники. Это тоже всё Россия. А теперь зададим всё тот же вопрос — если Россия финансирует и содержит вооруженные формирования на оккупированной территории Донбасса, если она осуществляет руководство этими подразделениями (тоже не требует доказательств, что  все вооруженные формирования боевиков возглавляют кадровые российские военные, которые действуют во взаимодействии с российскими Генштабом и Минобороны), то чья это армия? Какой страны? Как говорится, секрет Полишинеля.

Поэтому цивилизованный мир относится к России, как к агрессору и оккупанту. Именно такой статус России юридически закреплен резолюциями Генассамблеи ООН, Парламентской ассамблеи ОБСЕ и решением Гаагского Международного суда ООН. Именно поэтому США и Европа ввели антироссийские санкции и продлевают их, поскольку Путин, вместо того, чтобы  руководствоваться международным правом и отказаться от своей агрессивной оккупационной политики, наоборот, пытается усилить своё военное давление, скрывая свою агрессию за термином «гибридная война».

А теперь вернёмся к истории Агеева. Во время интервью журналисты стали его расспрашивать, что он может сказать по поводу своих действий в Украине, которые квалифицируются как преступление. Вроде бы не забубённый российский журналист Павел Каныгин, вроде бы не из прокремлёвского издания «Новая газета» возразил, заявив, что идёт война, а потому когда солдат стреляет в солдата на войне, это не преступление. Не будем углубляться в юридический аспект этого спора, зададимся другим вопросом — Следует ли такую реплику расценивать как признание, что Россия воюет с Украиной? Если да, то тогда просто переводим всё в плоскость — воюющие стороны и просто отвечаем Каныгину репликой — имеешь ли ты даже не столько юридическое, сколько моральное право так себя вести в Украине, с которой ты воюешь?

И что интересно, в противовес Каныгину, фактически признавшему факт ведения Россией войны против Украины, мать и сын Агеевы продолжали бубнеть что-то вроде того, что так не должно быть, и вместо того, чтобы назвать войну войной, пытаются доказывать, что войны как таковой нет! Что это? Боязнь пойти против Путина и «официальной линии»? Зомбирование? Боязнь за свою дальнейшую судьбу? Попытка «отмазаться» с расчетом на помилование? Или проста вата в голове?

Видеоверсия